Вторник, 06 Июнь 2017 11:00

Челобитная после отпевания

Автор  Влад СТАРОЖИЛОВ
Оцените материал
(0 голосов)

sYa3XIGBKQ4В прошлый четверг под видом совещания состоялось отпевание районной прессы всей славной Объегорьевской области. Хотели прямо там же и закопать, но тяжело больная вроде еще дышит , поэтому похороны назначили на где-то сразу после выборов, но отпеть решили прямо сейчас, чтобы потом по мелочам не отвлекаться.


Панихиду по без пяти минут усопшей отслужил некто Олег Швецов, рукоположенный за склонность к креативу на грани приличия в директоры издательского дома «Мир Объегорья» . Не путать, кстати, с одноименной ТРК, хотя разницы никакой. А что до креатива, то не всякому в голову согласитесь, придёт мысль назвать как бы журнал для якобы молодежи незамысловато, но с вызовом - «Ононих».

Подсобляла рукоположенному директору подпрапорщик внутренней службы в отставке Татьяна Кривеева, которая в настоящий момент замаливает грехи в некоммерческом автономном частном монастыре с ограниченной ответственностью.

Долго воду в ступе не толкли. Сказали сразу: администрации районов из учредителей выходят, на то место заходит рукоположенный вместе со своим ИД, бумажные газеты прекращаются, отныне выходить районки будут только в Интернете.

Сказать, что в зале после этих слов стало шумно, значит, ничего не сказать. Половина редакторов на пенсии давно и что такое Интернет вообще не знает. Другая половина знает, но прекрасно понимает, что в этой схеме места бывшим редакторам просто нет, а до пенсии еще, как до Киева рачки.

- Как вы смеете! Это не законно! – поднялся один из тех, кого точно забудут пригласить участвовать в дележе бюджетных средств на распространение под рубрикой «Нам пишут» восторженных откликов читателей о своей, районной, опостылевшей давно, но родной до боли газете. – Я работал в Комнадзоре и могу заявить…
- Сядьте, товарищ Пашакашин, - сказал рукоположенный. – Мы у вас тогда четыре суда выиграли и оштрафовали, мы и сейчас у вас всё отберём. Не вам говорить о законности.

С места подскочил Олег Разноскин, который по иронии судьбы числился председателем местной журналистской организации. Он почему-то весь свой пыл направил на не весть как тут оказавшуюся Татьяну:
- Когда вы работали там, вы ни разу в редакциях не были! Вы не знаете, как мы живём и выживаем, вы не понимаете сути вопроса…
- Попрошу не оскорблять! - сказала громко и резко бывшая подпрапорщица, а эхо тут как тут – «Лять, лять лять…
Татьяна по привычке проверила, на месте ли кокарда на форменной фуражке, которой уже давно не было на голове, и продолжила:
- Короче! Собираем вещи, все свободны, отпевание закончилось. На похороны приходить не надо, мы за вас по три горсти в яму кинем.

Совещание объявили законченным. Президиум поднялся и пошел прочь.
В дальнем конце зала кто-то зарыдал в голос. Это была старая женщина-редактор, которая вдруг поняла, что семь тысяч восемьсот рублей, что ей выделило государство за сорок лет безупречной службы в районной газете, с трудом покроют даже половину затрат на самые скромные похороны. «Пусть и меня, и меня пусть сразу закопают!» - всхлипывала она, шумно сморкаясь в батистовый платочек.
Коллеги успокоили старушку, сгрудились возле неё и непроизвольно стали друг друга гладить то по плечу, то по руке. Жалели, в общем, сопереживали, сочувствовали. Тут и родилась мысль обратиться с челобитной к самому губернатору.
- Так и напишем! – убеждал коллег Разноскин. – Не понимают сути, не видят цели, мы протестуем!
- А как ты полагаешь, - спросил его кто-то, - вот это вот деятели сами всё придумали, даже не посоветовавшись с папой?

Разноскин замолк на полуслове. Он , конечно, понимал, что «эти вот» никто и звать их никак, а вопрос серьезный, и наверняка его обсуждали на самом верху. Стало быть, «папка» в курсе, дал добро, и тогда какой смысл слёзы лить и жаловаться?
- И всё-таки я считаю, что написать обращение надо!

Все согласились. Иначе и не могли: они тоже всю жизнь думали одно, а писали другое – как тут не согласиться?
Челобитную написали, отправили в три адреса – губернатору, в Москву по линии СЖ, а еще одно письмо ушло в областную Думу депутату Плухину. Ему-то оно зачем, хотелось бы нам спросить составителей прошения о помиловании, отправленного всего лишь депутату всего лишь областной Думы? Но мы не будем никого ни о чём спрашивать. Анамнез нам доподлинно известен, диагноз совершенно очевиден. Пусть будет, что будет.

Знамя, Вымя, Стремя, Пламя, три Победы, пять Светлых путей и одна Звезда… Прощайте, земля вам, как говорится, стекловатой.
Вы, может, удивитесь, но всё идёт по плану. Сейчас именно так: чем хуже, тем лучше….

Влад СТАРОЖИЛОВ

 

Прочитано 368 раз