Понедельник, 11 Июнь 2018 15:55

ИБО НЕ ВЕДАЮТ, ЧТО ТВОРЯТ...

Автор  ВЛАДИМИР БАБИН
Оцените материал
(0 голосов)

crcScVc RxE«Этим полукреслом мастер Гамбс начинает новую партию мебели», - вслух прочел великий комбинатор текст, написанный старинной вязью на медной табличке, добытой из недр только что распотрошенного стула из гостиного гарнитура, украшавшего некогда имение помещицы Клавдии Ивановны Петуховой. Остап ухмыльнулся и без малейшего сожаления выбросил табличку за борт, а потом с лёгкой улыбкой глянул на бывшего предводителя дворянства Ипполита Матвеевича Воробьянинова , по прозвищу Киса, пребывавшего в большой грусти от неожиданной находки, которая еще больше отдалила компаньонов от заветной мечты.

- Скажите мне, Киса, на кой хрен, миль пардон, прятать в обшивку стула медную визитку, когда никто никогда не увидит её и не оценит искусную каллиграфию?
- Три нитки жемчуга…бриллиантовый кулон, как сейчас помню, - бормотал Ипполит Матвеевич, отмахиваясь, как от назойливых мух, от вопросов о всякой ерунде.
- Очнитесь, предводитель! Зачем Гамбс табличку спрятал в стул? Я вас спрашиваю, как человека, который прокутил всё своё состояние, потом ограбил несчастную тёщу, а сейчас изображает из себя скорбящего от горя ангела.
- Ах, оставьте меня! – громко шмыгнул носом подельник. – Это же понятно. Если стул плохо сделан и он развалится, все увидят визитную карточку и узнают, кто сделал этот гарнитур. Но мастер был уверен в своей работе и гарантировал тем самым, что стул переживет владельцев.
- Так оно и вышло! Умели всё-таки раньше хорошие вещи делать. А нынче плашек три восьмых дюйма нигде не достать, а трамвай они пустили.
- Это не ваши слова, не морочьте голову.
- Знаю, Киса, что не мои. Но если к месту, отчего же не попользоваться? А теперь вы мне скажите – это что?

Бендер достал из кармана пиджака фотографию и протянул Ипполиту Матвеевичу. Обычный городской двор, обычная детская площадка. Из необычного только табличка на видном месте - «Детская игровая площадка построена при содействии депутата Белгородской областной думы Ивлевой Н.А»
- Обратите внимание – губернский город, налицо забота местной власти о подрастающем поколении. Вы, пожалуй, в вашем детстве такого не видали?
- Да полноте! И карусели у нас были, и качели, и горки разные, да много чего.
- А в те времена писали на качелях или на горке с торца крупными буквами с ошибками, благодаря кому соорудили подарок детям?
- Помилуйте, это же не прилично. Депутат обязан содействовать всему, чтобы его избирателям жилось лучше. Для того его избрали гласным губернской Думы. Зачем о том кричать во всеуслышание?
- Конгениально! Киса, случись что, мы вас опять на предводителя двинем. А вот интересно, что об этом думают люди духовного звания. Кстати, вот и отец Фёдор как бы случайно мимо идёт.
- Не корысти ради, только волей пославшей мя…
- Да знаем, знаем, святой отец! И про пославшую тя знаем, и про царицу Тамару. Но мы сейчас по другому вопросу. Рассудите, продавец опиума для народа, что это такое? – Остап передал священнику фотографию. Отец Фёдор посмотрел на снимок, перекрестился и чуть слышно прошептал:
- Прости им, Господи, ибо не ведают…- и уже чуть громче добавил: - Дух стяжательства властвует над людьми, и гордыня их обуяла. Кротость и милосердие неведомы этим сердцам.
- Учитесь, Киса! Как излагает, шельмец! А не испить ли нам вина по этому поводу, отец Фёдор?
- Причащусь с радостью, коли угостите.
- Отчего же нет, друг милейший! В моём сердце милосердие такое, что даже господин Корейко не устоял и отстегнул-таки миллион. Но это будет потом, во второй части. Пойдемте, мои верные нукеры, нас ждут великие дела!
И они пошли. Вроде бы всяк своей дорогой, но вместе и даже в обнимку.

Владимир БАБИН

 

Прочитано 54 раз