Четверг, 12 Май 2016 21:22

Номер без экспоната

Автор  Татьяна Дубинина
Оцените материал
(0 голосов)

medium d27e390761eb2fa377d77c3e3b86411931ef7df9Пишу об этом только теперь, потому, что не хотела портить праздничное и торжественное настроение ни себе, ни друзьям.

Читали с сыном Бориса Васильева «Экспонат №» (если кто-то не читал – обязательно прочтите). Эта пронзительная история про «обычную» послевоенную жизнь и псевдопатриотизм заставила нас долго говорить.

За полночь сидели и перебирали гениальные фразы Бориса Львовича. Это же надо так тонко в одном единственном предложении передать сразу и боль от горестей прошлого и тонкую, слабую, но удивительно чистую надежду на будущее.

Потом сын сочинение писал. Долго писал – весь следующий день. И опять: пишет, вдруг оторвется, чтобы возмутится, удивиться, поспорить.

Но он не понимает, что рассказ особенно сильный тем, что главные отрицательные герои – пионеры. Ваня, конечно, знает, что были дети с таким названием, но почувствовать никогда не сможет, как это позорно и стыдно, если пионер – вор.

Васильев не очернял действительность. Наоборот, он как под дых ударил этим рассказом. Так нельзя! Так не может быть! Наверно, да нет – точно, именно тогда – в 1985, рассыпалась, как карточный домик, идеология, которая вытачивалась десятилетиями.

«Пионеры» и «октябрята» конца восьмидесятых выросли. Может быть, мне пришлось столкнуться перед праздником именно с такой выросшей девочкой? Нет, она была моложе. Возможно, она про пионеров знает только понаслышке, да и Васильева не читала.…А может и читала. Вот так же, как теперь мой сын, когда-то водила глазами по строчкам рассказа «Экспонат №», и сочинение потом писала, о том, как плохо быть равнодушным, о том, что нельзя у людей воровать память…

Дело было в белгородском Загсе. Я пришла туда за справкой. А рядом, за соседним столом, сидела худенькая женщина. Живая такая, глаза горят. Сегодня редко встретишь подобных людей. Может быть, поэтому я стала прислушиваться к ее беседе с работницей Загса, а может журналистская жилка дернула)

Женщина говорила о том, что заказала в Калуге копию свидетельства о рождении своего деда. На ее электронную почту пришло сообщение о том, что «запрашиваемые ею документы готовы и доставлены в Белгород», их можно получить при доказательстве родства.
Представляете, в далекой Калуге люди поднимали архивы, чтобы сделать для белгородки документ, но...

Очень аккуратная педантичная работница архива белгородского Загса попросила предъявить документы доказательства родства.

Женщина смогла предоставить только свой паспорт и копию паспорта отца, где есть фамилия деда и имя его в сыновнем отчестве.

- Предъявите, пожалуйста, свидетельство о смерти дедушки. - Попросила архивариус.
- Но его у нас нет и быть не может, – растерялась заказчица документа. – Дедушка под Сталинградом погиб, в братской могиле похоронен, долгое время считался без вести пропавшим, только лет восемь назад нашли …

- А зачем Вам его свидетельство о рождении? – Неподдельно удивилась работница.
- Как зачем? Мы же о его семье – о семье деда, узнать хотим. Он когда на фронт ушел, бабушка беременной была, сына дед так и не увидел – погиб. А бабушка даже и не знала, кто родители мужа, есть ли у него братья, сестры. Знаете, тогда очень трудно было семьям тех, кто пропал без вести… Мы хотим разузнать о семье деда. В свидетельстве о рождении ведь должны быть имена его родителей. Родословную составляем. Хотели ко Дню Победы … Где же я возьму свидетельство о его смерти?

- Не знаю – равнодушно промолвила работница Загса. – У нас, как правило, для суда справки берут…
Тут я не удержалась и вмешалась в разговор. Посоветовала женщине обратиться в военкомат. Возможно, там дадут какой-либо документ о том, что ее дед героически погиб при защите Севастополя, и тогда, возможно, девушка из Загса выдаст заказанную в Калуге справку, которая лежит у нее где-то в столе.
И вроде бы все правильно, справка, чтобы взять справку… закон о конфиденциальности данных…

Только вот не по-человечески это… Ладно, не можешь отдать, казенная душа, бумажку без сбора других бумажек – покажи её. Просто покажи хорошему человеку эту калужскую бумажку!

Как будто нечаянно покажи, чтобы женщина увидела, как звали ее прадедушку и прабабушку. Увидела и вписала в большое родословное дерево деда-героя.

А свидетельство о рождении героического человека так и лежит «в ящике стола в красной папке с надписью: «ВТОРИЧНЫЕ МАТЕРИАЛЫ К ИСТОРИИ ВЕЛИКОЙ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ВОЙНЫ» (цитата Б. Васильева, так и просится, увы …).

Татьяна Дубинина

 

Прочитано 461 раз