Среда, 30 Декабрь 2015 10:21

Пресс-конференция губернатора Белгородской области

Автор  www.belregion.ru
Оцените материал
(0 голосов)

452Евгений Савченко: С каким настроением провожаете 2015 год? Что? Тяжелый? Да вы что? А я вам хочу сказать, начать наш разговор с приятной новости. Белгородчина завершает 2015 год успешно. Вам нравится такая новость? Мне тоже.

 

В чём подтверждаются мои слова? Прежде всего, в том, как развивается экономика, какие результаты, какие итоги года. В целом валовой внутренний продукт, мы считаем, вырастет не менее чем на три процента, и даже несколько лучше, чем год назад. Промышленный рост – не менее 4 процентов, год назад он был около двух.

 

Сельское хозяйство – очередные рекорды: достойный получен урожай, правда, он несколько меньше, чем в прошлом году – на 200 тысяч тонн. Но производство животноводческой продукции растёт, растёт оно в натуральных показателях. Ну а что очень важно для всех, кто занимается этим, важно, какую они получают выручку, а из выручки ещё важнее, какую получают прибыль. Прибыль в сельском хозяйстве, если в прошлом году была она очень хорошей, на уровне 44 миллиардов, то в текущем году она составит не менее 45 миллиардов рублей. Ну а по моим интуитивным соображениям, она приблизится к 50 миллиардам. То есть и здесь тоже год завершается довольно успешно.

 

Социальная сфера – выполнены все наши обязательства, которые мы брали перед обществом, перед бюджетной сферой. Построены, отремонтированы, отреставрированы десятки, даже не десятки, а сотни различных, больших и маленьких объектов. Перед всеми группами населения, я повторяю, мы выполнили все социальные обязательства.

 

В строительстве мы завершаем год с рекордным вводом жилья. Ещё один секрет вам раскрою, что впервые за многие годы, да не за многие годы, а вообще впервые, ввод жилья на одного жителя Белгородской области составит 1 метр квадратный. Мы к этому рубежу шли долгие годы. Начинали с 0,4 метра квадратного – это было 15 лет назад. То есть 1 метр это, наверное, будет если не самый лучший показатель, то один из самых лучших показателей в Российской Федерации.

 

Перевыполнили мы ранее планируемую программу в дорожном строительстве. Планировали мы где-то на 5,5 миллиардов, по факту будет 8,5 миллиардов рублей. Построены, отреставрированы, отремонтированы, реконструированы у нас более 400 километров дорог. Завершили полностью окольцовку хорошими дорогами, преимущественно четырёхполосными с ночным освещением, города Белгорода. И значительно улучшили ситуацию дорожной сети в Старом Осколе.

Бюджет области. Уже можно сказать, что мы справились с теми очень высокими обязательствами, которые брали в начале года, наши депутаты принимали. К уровню прошлого года мы собрали консолидированный бюджет области на 6 миллиардов больше, чем год назад, то есть более чем на 10 процентов.

 

Признаюсь, что мы брали очень высокие обязательства из соображений, чтобы лучше управлять нашим, не таким уж маленьким, государственным долгом, но все меры были приняты для того, чтобы выполнить эти обязательства по бюджету. Что касается нашего государственного долга (мы тут тоже где-то в лидерах, наверное, в кавычках, в Российской Федерации), то структура его улучшилась, и он не увеличился, а даже чуть-чуть уменьшился. Но, повторяю, структура его улучшилась. Когда я веду речь о структуре, имею в виду, что дорогие деньги коммерческие мы заменили бюджетными с помощью тех решений, которые принимало Правительство Российской Федерации. То есть у нас денег теперь на обслуживание нашего долга идёт значительно меньше, чем это было год назад. Поэтому и в этом плане мы в наше будущее смотрим более-менее уверенно. Вот таковы примерно макроэкономические показатели уходящего 2015 года, который, с благодарностью Богу и благодарностью людям, мы провожаем как успешный год.


Елена Бондаренко, «Мир Белогорья»:
Евгений Степанович, спасибо. Это самая лучшая новость, которую Вы могли сказать нам, жителям области, потому что она внушает оптимизм. Оптимизм – это то, чего нам всем сейчас очень хочется и чего не хватает. Оптимизм внушает и то, что, как ни у кого, у команды Белгородской области есть опыт антикризисного управления. Потому что за Вашими плечами, Вы помните, и бартерные схемы 90-х, и дефолт 98-го года, и кризис 2008-го, и «чёрный понедельник» 2014-го. Поэтому неоспоримый ресурс в преодолении кризиса у Белгородчины есть, но всё-таки давайте попробуем заглянуть в будущее. Мы же понимаем, что в кризис выигрывает не самый сильный, а самый умный, который умеет понимать фундаментальные причины происходящего, заглядывать в будущее и трансформироваться под то «завтра», которое пока в точке ноль, которое пока не развёрнуто. Белгородская область что делает под это невидимое «завтра» в экономической сфере, в духовной, в социальной сфере, какие импортозависимые ниши осваивает, какие технологии осваивает, каким трендам завтрашнего дня собирается соответствовать, чтобы выжить? Спасибо.

 

Евгений Савченко: Такой вопрос, что можно часа два на него отвечать и будет недостаточно. Глобальный вопрос, как всегда Елена Васильевна задаёт. Первое, с каким настроением мы вступаем в новый год, и не только члены Правительства или депутаты областной Думы, а всё население области? Что нам ждать от будущего года? Мы считаем, что если сохранится вот такой инерционный макроэкономический вариант развития событий, то мы в лучшем случае сохраним темпы текущего года в экономике. У нас есть очень хорошие инвестиционные заделы. У нас проработана очень хорошая инвестиционная программа будущего года, и мы уже знаем, какие проекты мы будем завершать, какие проекты новые начинать, и в том числе, в первую очередь, в программе импортозамещения. Поэтому если сохранится даже негативный фон инерционного развития в целом в макроэкономике Российской Федерации, то я считаю, что мы сохраним нормальный, чуть-чуть позитивный ход нашей региональной экономики на будущий год. И в этом я не предвижу для нашей области никаких проблем, не говоря уже о каких-то там трудностях и тем более катастрофах – этого не будет. Вот это первое, что хотелось бы сказать.

 

Что касается наших бюджетных возможностей по повышению доходов населения, заработной платы, то и здесь мы считаем, что входим в 2016 год значительно более окрепшими, чем это было год назад. Достаточно сказать, что мы входим по областному бюджету с остатком денежных средств не менее 3-х свободных миллиардов рублей, чего не было год назад, тогда сумма была значительно скромнее. И в этом плане у нас тоже определённый оптимизм, во всяком случае, на первую половину года существует. В целом я считаю, что настроение у преобладающего числа экономических субъектов, у нашего предпринимательства – мелкого, среднего, крупного – достаточно позитивное, и тем более все почувствовали выгоду. Мы регион, так скажем, не очень экспортоориентированный или не очень зависим от импорта. Мы регион, который производит всё больше и больше продукции исключительно на рынок Российской Федерации, на внутренний рынок. И структура нашего производства такая, что она всегда будет востребована. Это машиностроительная продукция, металлы и преимущественно всё, что связано с развитием продовольственного комплекса, которому мы в последнее время уделяли очень и очень много внимания. Поэтому и здесь структура нашего сегодняшнего производства валового регионального продукта такова, что она будет востребована даже в условиях глобального заниженного спроса в целом в Российской Федерации. От еды ж никто никогда не отказывался, так ведь? Так. Наша машиностроительная продукция, которая в основном связана с энергетическим машиностроением, тоже будет востребована в любом случае, поскольку сегодня она связана с импортозамещением. Это раньше те же трубопроводы высокого давления для атомных станций, для тепловых станций мы в основном закупали, а сегодня мы производим, у нас есть это производство. Или ввели, допустим, в уходящем году мощности лизина. Всегда Россия будет 100 тысяч тонн потреблять в год, а у нас всего производство чуть больше пятидесяти тысяч тонн. Поэтому с экономической точки зрения наших бюджетных возможностей, я считаю, что мы сохраним уровень динамики текущего года. Если, а я очень верю, что в целом макроэкономическая ситуация в нашей стране будет улучшаться – а у меня какое-то есть предчувствие, что именно так и будет, и не только в связи с повышением цены на нефть, но в целом будут, наверное, приниматься такие меры, как снижение процентной ставки, обеспечение доступа к кредитным ресурсам, значит, большее число людей получит возможность реализовывать собственные инвестиционные проекты, – то в данном случае ситуация будет в нашем регионе ещё лучше. Допустим, сегодня в нашей линейке предложений 86 инвестиционных проектов с общим объёмом финансирования свыше двухсот миллиардов рублей. Если мы получим доступ к кредитным ресурсам, а я почему-то верю в то, что рано или поздно мы к собственным кредитным ресурсам наших кредитных организаций доступ получим, то у нас вообще никаких проблем не будет, у нас будет рост с двухзначным числом нашей экономики. Потому что инвестиции – это залог будущего экономического роста и в целом благосостояния и благополучия жителей Белгородской области. Я ещё не сказал, что численность наша тоже приросла, мы продолжаем расти, наверное, не так уж и много, но где-то на 3 тысячи, может быть, на 4 тысячи численность Белгородской области увеличилась к уровню прошлого года. Этот показатель в общем-то говорит о многом, потому что мы остаёмся привлекательным регионом для жителей нашей страны необъятной. Ну а в прошлом году, конечно же, в силу геополитических событий, связанных прежде всего с Украиной, мы приняли очень большое количество на постоянное место жительства граждан Украины. Я достаточно ответил на вопрос? Этот вопрос глобальный, и, наверное, вы конкретно его раскроете в каких-то уточняющих вопросах.


Елена Трищенко, «Белгород-медиа»:
Евгений Степанович, в 2015 году в ряде муниципалитетов сменились главы, в Белгород пришла новая команда управленцев. Как Вы оцениваете развитие областного центра за последние годы и какие задачи ставите перед новой командой на будущий год?

Евгений Савченко: Я считаю, что Белгород за последнее время при всех главах, которые его возглавляли, развивался весьма динамично, и каждый мэр и его команда вносили определённый позитив в развитие города, я бы сказал, не просто города, а фактически городской агломерации совместно с Белгородским районом. Сегодня тоже пришла очень свежая, очень креативная команда, у которой очень здоровые амбиции. Я считаю, что у них имеются очень хорошие глобальные проекты, есть хорошая оценка существующего положения дел и есть огромное стремление, я бы так сказал, провести своеобразный ребрендинг города Белгорода. Ребрендинг заключается в чём? Прежде всего, в улучшении среды обитания. Каких сфер он касается? Он заключается, прежде всего, в желании сделать город привлекательным для нашей молодёжи, творческих людей, чтобы город и городская среда востребовали энергию молодых людей. Вот это, я считаю, сейчас очень и очень важно. На этот счёт у городской власти есть чёткий план действий, мы его будем ещё обсуждать публично с вашим приглашением в январе. Они готовят такое мероприятие вместе: и город Белгород, и Белгородский район. И я хочу послушать, поучаствовать в выработке и обсуждении мероприятий, связанных с ребрендингом Белгородской агломерации. А это и вопросы транспортного обеспечения, что делать вообще с транспортом в широком смысле слова, с пассажирскими перевозками в частности.

 

Что касается пассажирских перевозок, то сейчас вырабатывается проект, как перевести пассажирские перевозки исключительно на электрический транспорт, контактную сеть троллейбусную расширить, её, может быть, даже довести на юг, по всем нашим магистралям значительно удлинить, скажем, до Разумного, может быть, до Строителя или, во всяком случае, до посёлка Северного. До Майского есть, может быть, в западную сторону, в сторону Томаровки, не до Томаровки самой, а до Стрелецкого, Пушкарного, возможно, до Дубового, а может быть, и Таврово, хотя есть расчёты и до Никольского даже, до Комсомольского. Возможно, по кольцу. Чтобы у нас в рамках большого теперь уже кольца белгородского было исключительно передвижение на электрическом транспорте как экологически чистом. Сейчас, вы знаете, есть троллейбусы, которые едут от контактной сети, потом её опускают и могут ехать километров 50-60 (у них аккумуляторы, позволяющие передвигаться на электрической тяге, но уже за счёт внутренних источников, несколько десятков километров). То есть здесь возможен комбинированный вариант. Такой проект разрабатывается, я думаю, он заработает не так уж быстро, но он вполне реален. Здесь преимущество должно быть, чтобы как можно больше людей пользовались общественным транспортом, как можно больше людей пользовались велосипедами, другими средствами передвижения, не автомобильными средствами. Для этого должны быть перехватывающие стоянки. То есть это всё то, что будет делать нашу среду обитания современной, я бы сказал, креативной, творческой.

 

Мы планируем развивать рабочие места на периферии, чтобы не в городе Белгороде создавать их, а в каждом направлении за 15-20 км. Сейчас мы подтягиваем туда наши инфраструктурные возможности (электрические сети, газификацию), работаем с некоторым опережением.

 

Я считаю, что сегодняшней команде города Белгорода, Белгородского района в целом предстоит интересная работа, проектная работа, и они к этому готовы. А мы будем всячески создавать условия, чтобы всё, что они задумали, все проекты были реализованы в ближайшее время и горожане это почувствовали. Тем более, надо прямо сказать, численность населения Белгородской агломерации перевалило за полмиллиона человек, и она за последние двадцать лет выросла более чем на 150 тысяч человек. И мы это видим, чувствуем, как меняется структура населения, как запросы населения меняются и само население меняется. Оно становится структурно другим и, если говорить по большому счёту, меняется в лучшую сторону.

 

Сергей Ерёмин, «Белгородская правда»: Я хотел бы в продолжение темы, которую затронула сейчас Елена Васильевна. Отвечая, Вы сказали: «Предчувствую грядущие позитивные решения в масштабах всей России». Ну очевидно, они основаны на каких-то реальных фактах… Вот я вспоминаю, в апреле текущего года, ну, теперь уже точнее, завершающегося, в Вашей публикации «Как обеспечить экономический рост» был высказан ряд интересных конкретных предложений. Вероятно, есть какой-то отклик в Правительстве России на эти предложения? И какие эти предложения были и в какой степени поддержаны были – очень интересно узнать. Спасибо!

Евгений Савченко:
Я не знаю о какой-то реакции в Правительстве Российской Федерации на конкретно мои предложения. Я знаю реакцию на моё выступление на Государственном совете. А моё выступление на Государственном совете и публикация, о который Вы упомянули, они по большому счёту, где-то совпадают. Реакция на моё выступление довольно сдержанная была, но всеми трезвомыслящими политиками оно принято очень позитивно. По большому счёту, если проанализировать всю макроэкономическую политику нашей страны за последние два года или полтора года – с введением санкций, когда мы вступили в этот глобальный кризис, то больше и больше в этой политике появляется признаков такого правильного, разумного подхода. И чтобы расширять возможности спроса прежде всего для наших предприятий, открывать для них ниши, создаются целые отрасли. Программа импортозамещения – это же не просто чьи-то слова и чьё-то пожелание или предчувствие, это уже реальный план действий, который сегодня реализуется Правительством Российской Федерации и куда мы интегрированы, наша область, и все остальные регионы Российской Федерации. Не нужно нам бояться санкций, нужно развивать свой внутренний рынок, нужно во многом быть самодостаточными, во многих экономических нишах, закупать только то, что нам невыгодно производить, или то, что мы в силу каких-то причин никогда не производили. Всё остальное надо производить у себя. Если взять наше экономическое пространство, евразийское пространство, оно приближается уже к 200 млн человек. А это уже такое количество, которое является с макроэкономической точки зрения самодостаточным. То есть здесь можно вести разговоры об автаркии, то есть о создании некой замкнутой экономической системы, которая во многом самодостаточна. И важно, чтобы мы в рамках вот этой нашей национальной экономической или евразийской экономической системы производили продукты, товары, услуги на самых современных конкурентных, конкурентоспособных требованиях. Вот это очень важно. Понимание такое есть, и считаю, что такие тренды уже существуют, с этим и связан мой такой осторожный оптимизм в отношении экономической ситуации в ближайшие годы. Хотя прогнозы, вы знаете, сейчас как включишь телевизор, любой канал: чем чернее скажешь, тем… Соревнование идёт в том, как нам будет тяжело. Считаю, что нужно говорить о другом, о позитиве, нужно говорить о наших хороших перспективах – о чём говоришь, то и будет.

 

Анастасия Саенко, ИА «Интерфакс»: Позвольте, я всё-таки тогда к проблемам обращусь. Вы знакомы лично с ситуацией в перинатальном центре, в который приехала проверка из Росздравнадзора…

Евгений Савченко: И не одна проверка!

Анастасия Саенко: И не одна. Как обстоят дела и будут ли какие-то выводы со стороны Правительства регионального?

Евгений Савченко: Выводы? В смысле, выводы?

Анастасия Саенко: Может быть, решения какие-то кадровые могут быть…

Евгений Савченко: А, в этом смысле. А есть для этого основания?

Значит, по перинатальному центру. Перинатальный центр, как вам известно, благодаря нашим усилиям на последнем уходящем поезде, в последний вагон нам удалось заскочить и включить его в федеральную программу. Там, по-моему, два десятка перинатальных центров. Раньше были, по-моему, две программы в нашей стране, но мы ни в одну из них не попали.

 

Первый перинатальный центр, который был построен при областной клинической больнице и в который мы вложили более двух миллиардов рублей, создавался исключительно на наши деньги. А здесь мы попали в федеральную программу – полтора миллиарда рублей финансирование из фонда медицинского страхования. Это один из самых дешевых проектов. Все остальные проекты – где-то два, два с половиной и более миллиардов рублей. Мы планировали сдавать перинатальный центр первоначально в 2016 году – в конце даже, во второй половине 2016-го года. Но посмотрели свои возможности и сказали, что готовы его сдавать в конце 2015 года. Объявили и в общем-то всё сделали, что касается строительной части. В соответствии с утверждённой сметой все работы выполнены. Теперь вторая там позиция – это оборудование, и прежде всего оборудование медицинское. Медицинского оборудования было запланировано первоначально в смете, если мне не изменяет память, примерно на 450 млн рублей. Мы тоже все эти деньги освоили. Но проблема заключается в том, что некоторые поставщики не исполнили свои обязательства в установленные сроки. По каким позициям? Главная на сегодня позиция – это рентгеновские установки: запускать перинатальный центр без рентгеновских установок, хотя нам лицензию и выдали без рентгенологии, но тем не менее, мы посоветовались и считаем, что пусть мы ещё две-три недели подождём, пока перезакупим это оборудование, для того, чтобы его установить, и потом запустим без всяких рисков. Тем более никаких рисков у нас нет, сегодня фактически недозагружен перинатальный центр областной. Мы изучили всю его загрузку на январь и даже на февраль, и окружающие даже: в Шебекино, в Старом Осколе. В Старом Осколе, кстати, тоже, сделан перинатальный центр современный.

 

Вот единственная загвоздка, которая связана с недопоставкой оборудования. Недобросовестный поставщик сегодня задержан нашими органами внутренних дел и находится под следствием. Контракт этот небольшой, там несколько десятков миллионов, по-моему. Я вижу только в этом причину, других причин и каких-то поводов для наказания кого-то, ну, наверное, можно всегда найти, но я считаю, что сегодня это не самое главное – искать виноватых. Сегодня нужно принимать меры для того, чтобы исправлять допущенные не нами ошибки. Над этим мы сегодня работаем. Мы планировали его запускать уже накануне Нового года, но понимаем, что в канун Нового года всегда люди думают о чём-то другом, как лучше проводить старый год, встретить новый год. Поэтому мы решили спокойно, наверное, где-то в январе, его введём и чтобы к нам никто не предъявлял никаких претензий по качеству, в том числе, по рентгенологическому обслуживанию. Вот такова ситуация. Хотя я знаю, что и в блогосфере, и в других она приобрела какой-то скандальный характер. По большому счёту я там скандального ничего не вижу. Проверки были. Были проверки сначала ФОМСа – в общем-то, они и отметили вот эту реальность, связанную с недопоставкой оборудования, затем приехала ещё комиссия из Министерства здравоохранения – ну, в общем-то, они тоже подтвердили. По большому счёту увидели, что объект находится в очень хорошем состоянии, сделан с хорошим качеством.


Евгения Гребеник, «Комсомольская правда»:
Евгений Степанович, я в своём репертуаре, пришла с ложкой дёгтя…

Евгений Савченко: Давайте, давайте, перчить надо, а то всё у нас благостно может быть…

Евгения Гребеник:
Прокомментируйте, пожалуйста, ситуацию с возбуждением дела Федеральной антимонопольной службой. Все были просто шокированы, когда на сайте ФАСа появилось сообщение, что в отношении Губернатора Белгородской области возбуждено дело. Согласны ли Вы с претензиями антимонопольщиков в свой адрес? И там в качестве ответчиков привлекают ещё два фонда. Может, это наивный вопрос, но тогда лично для меня объясните, что это за фонды, что это за организации? Как они работают, на основании чего взаимодействуют с Правительством региона? Спасибо большое.

Евгений Савченко:
Так? Издалека начать или?..

Евгения Гребеник: Как вам удобно!

 

Евгений Савченко: Значит, ситуация какая. Вот возьмём 90-е годы. В 90-е годы мы были по бюджетному обеспечению где-то на 9-м месте (по бюджетной обеспеченности на душу населения, на одного белгородца). Затем, в нулевые годы, мы стали спускаться, спускаться и вот уже четвёртый, пятый, шестой, седьмой, восьмой годы – мы уже стали занимать 12-е, 18-е место, потом 21-е место. В общем-то скатились в третий десяток. По итогам текущего года мы будем по бюджетной обеспеченности уже где-то на 50-м месте. Что произошло за это время? Вот наша экономика как развивалась, промышленность, основные налогоплательщики? Мы увеличили объём производства к 90-му году, скажем, более чем в два раза. Страна, как известно, только-только себя догоняет – уровень 90-го года. Сельское хозяйство – мы выросли практически в три раза, страна тоже всё ещё себя догоняет. Казалось бы, если мы так хорошо растём, то и наши бюджетные возможности должны не ухудшаться, а улучшаться? Но, к сожалению, действительность такова. Вот ещё – Счётная палата у нас поработала. По текущим вопросам они там выявили кое-какие недостатки, которые у нас есть – мы им благодарны. Но основная их задача была – изучить вообще в нашей области межбюджетные отношения: как выстраиваются межбюджетные отношения между федеральным центром и отдельно взятым регионом Российской Федерации, они изучают сейчас три региона: Белгородская область и ещё два региона, чтобы докладывать Президенту. И что в результате выяснилось? В результате выясняется следующее, что начиная с 2005 года за счёт делегирования полномочий и передачи полномочий федеральных на региональный уровень объём средств, которые мы недополучили, составил 42 млрд рублей. То есть, грубо говоря, по 4 млрд рублей в год. Следующая причина нашего вот такого скатывания вниз по бюджетной обеспеченности – это изменение федерального налогового законодательства. Скажем, консолидированная группа налогоплательщиков – был такой закон. За эти годы мы тоже недополучили в консолидированный бюджет области свыше 30 млрд рублей. Следующие потери наши связаны с льготами, которые применяются на федеральном уровне – с налоговыми льготами. Цена для нашего консолидированного бюджета тоже свыше 30 млрд рублей. Итого – даже три вот этих составляющих, получается, что мы с 2005 по 2014 год, за 10 лет недополучили 109 млрд рублей. Эта цифра не наша, эта цифра их. То есть 10 млрд в год мы недополучали. Вот причина нашего скатывания сегодня. Тем более, я повторяю, мы область успешная в экономическом развитии, мы всё делали для того, чтобы получать больше денег и средств в бюджет нашей области. И это не только наша проблема, это проблема межбюджетных отношений, которые складываются сегодня между федеральным бюджетом и региональными центрами.

 

Вы знаете, что общая задолженность сегодня региональных бюджетов превышает два с половиной триллиона рублей. Ну и наш там вклад около 40 млрд рублей. Плюс ещё никто не считал муниципальные долги, там, по-моему, тоже не одна сотня миллиардов рублей. Вот как бы одна данность. Вторая данность: в этих случаях нам нужно выполнять социальные обязательства перед населением, нам нужно выполнять наказы граждан, которые мы собираем в онлайн, офлайн режиме при проведении выборов. И мы ни от чего не отказываемся, потому что видим – потребность очень большая. Что в этой ситуации? С одной стороны, пошли долги, мы стали занимать на рынке, как я сказал уже, около 40 млрд рублей. А с другой стороны, мы обращаемся к предпринимательскому сообществу с тем, чтобы помощь и поддержка была оказана в реализации социальных проектов. Они сами, ещё чаще, чем мы обращаемся, предлагают свои возможности. Я сказал уже, что только селяне наши получили 44 млрд прибыли за прошлый год, а у них нет налога на прибыль, они не платят, они освобождены. И они говорят, слушай, ну давай мы дадим два-три миллиарда от щедрот своих, что-то сбросимся, что-то сделаем полезного, ты нам только скажи или «вы нам только скажите, Правительство области». Ну, хорошо, давайте вот построим ещё на три миллиарда дорог. «Металлоинвест» тоже нам предлагает: говорят, мы видим, какая ситуация в области. Мы видим, что в Старом Осколе острейшая потребность в дорожной инфраструктуре, мы готовы миллиард рублей в этом году дать и миллиард рублей на будущий год. Спасибо. Но когда они дают эти деньги, их должен кто-то администрировать. И вот для их администрирования созданы фонды, куда поступают эти деньги и потом куда они распределяются. Ну а раз администрирование, это, конечно, нарушение. Это правильно, что федеральная антимонопольная служба обратила наше внимание на то, что собирать эти сборы можно, если они добровольные – а они только добровольные, исключительно добровольные, но их не нужно администрировать так, как администрируете вы. То есть не надо создавать больших фондов. И жёстко так. А мы добросовестно, мы всегда, ко всем мероприятиям подходим очень обстоятельно и взвешенно и весьма-весьма прозрачно, кстати. Нам указали на это, да, и возбудили дело. Ну что ж, мы за это им благодарны. Но это не значит, что мы откажемся в будущем от предложений, от добровольных пожертвований предпринимательского сообщества, которые составляют не один миллиард рублей ежегодно. Вот опять-таки проявили недавно инициативу наши агрохолдинги, они пришли ко мне, обратились в Думу и говорят: «Слушайте, к нам обращаются люди, которые работают у нас и жалуются на очень некачественное медицинское обслуживание. Жалуются, что есть неотремонтированные ещё сельские клубы, дома культуры. Давайте мы сбросимся и сделаем на будущий год все ФАПы, все офисы семейных врачей или врачей общей практики в сельской местности». Мы прикинули, что эта программа на полтора, около двух миллиардов рублей. Да, пожалуйста, участвуйте. Но теперь давайте мы будем их не в фонды собирать, не будем их администрировать, а вот вам объекты называем, а вы их сами ремонтируйте, реставрируйте. И за какую сумму сделаете – это даже и не наше дело. Но мы вам будем очень благодарны и признательны, если вы это вообще сделаете. А то, что они сделают, и хорошо сделают, я в этом абсолютно не сомневаюсь. Вот ситуация так у нас примерно складывается с Федеральной антимонопольной службой. Они абсолютно правы, и мы делаем соответствующие выводы.


Надежда Дворецкая, ГТРК «Белгород»:
Евгений Степанович, вообще в целом такое успешное развитие сельскохозяйственной отрасли региона. При этом что делается Правительством региона для возрождения сёл? Как известно, есть правительственные программы по поддержке местных производителей субсидиями, льготными кредитами, есть программы «Земский доктор», «Учительский дом», подъёмные для молодых специалистов, разработан проект «Родовая усадьба», кстати, какова его судьба сегодня, как себя чувствует этот проект, работает ли в регионе? Ну и вообще в целом: как удаётся сохранять российскую глубинку?

 

Евгений Савченко: Вы знаете, что развитие сельских территорий, не просто села, а сельских территорий, всегда было приоритетом работы Правительства Белгородской области. Я бы сказал – уже на протяжении более 20 лет. И первое, с чего мы начали – ещё в 1993 году, кстати, 30 декабря, то есть завтра, будет 22 года – создали фонд индивидуального строительства на селе. Через этот фонд у нас десятки тысяч семей в сельской местности получили финансовую поддержку, и не только финансовую. Помните, в 90-е годы мы помогали строительным материалом, потому что был сплошной бартер, вообще денег не было. И вот десятки тысяч семей перестроились: кто-то вообще построил всё заново, кто-то пристройку сделал. Кто-то получил какую-то возможность для развития сельского бизнеса, собственного предпринимательства. Мы и это тогда предусматривали. И это действует до сих пор. За эти годы появилось очень много и федеральных программ, скажем, в строительстве, поддержке молодых семей, поддержке молодых специалистов в сельском хозяйстве. Там тоже за счёт федеральных средств и плюс наше софинансирование – около тысячи за эти годы получили финансовую поддержку. Достаточно сказать, что за последние три года, по-моему, 224 человека, молодые семьи, получили вот такую финансовую поддержку в среднем на одного по 800 тысяч рублей.

 

По программе «Земский доктор» тоже за последние три года (это чисто наша программа с небольшим софинансированием федерального бюджета) тоже 180 человек получили такую поддержку ровно по одному миллиону рублей. И эти люди закрепляются в сельской местности и в основном это кто? Это те самые семейные врачи, врачи семейной практики.

 

За эти годы мы сделали газификацию села, сейчас продолжаем программу водоснабжения, где-то процентов на 70 она уже завершена в сельской местности. Остаётся примерно 30 процентов. Сейчас взялись за водоотведение, программу водоотведения, особенно многоэтажного жилья. Разворачиваем эту программу в сельской местности.

 

Дорожное строительство, сельские улицы. Вы помните, что у нас 12 тысяч километров сельских улиц по состоянию на середину 90-х годов были вообще без дорог. Сегодня их осталось где-то, можно сказать, считанные десятки или несколько сотен километров. И то проводить или не проводить там дороги, сейчас просто думаем, есть ли смысл. То есть эта тоже программа выполнена в полном объёме.

 

Сейчас идём ещё дальше и уже новый этап благоустройства села, когда мы делаем проекты по каждому селу, по сельским улицам от линии застройки до линии застройки. Нас уже не интересует, чтобы там была дорога. Нужно, чтобы там были палисадники, были подъезды к каждому дому и чтобы люди тоже соучаствовали. Соответственно, чтобы там были реализованы планы зелёного строительства, или дендрологические планы. Сейчас включаемся в эту программу, где несколько сёл сделали пилотными. Достаточно сказать, Владимировка Ивнянского района, Дмитриевка Яковлевского района, Бессоновка Белгородского района. Сейчас разворачиваем новую программу благоустройства села.

 

В настоящее время мы завершили, даже практически чуть-чуть на будущий год ещё оставляем подведение оптоволоконной связи ко всем объектам бюджетной сферы на селе. А это школы, детские сады, клуб, библиотека, центр врача общей практики – совершенно новые информационные возможности. На базе оптоволокна сейчас отрабатываем проект покрытия широкополосным Интернетом наших сёл. В городах у нас худо-бедно, где лучше, где хуже, это уже сделано, а в селе эту работу тоже в течение двух лет, максимум трёх лет мы завершим. У нас единственное, где ещё грань между городом и селом осталась, – это широкополосный доступ к Интернету. Это мы тоже сделаем.

 

Уровень комфорта, среды жизненной в селе за этот период, считаю, создан. И он ничем не уступает городскому, а преимущества – они очевидны. И мы о них не будем здесь вообще вести разговор. Но самое главное, с чего мы начали, это рабочие места. Ведь у нас сегодня большинство, абсолютное большинство районов сельских – они с профицитом рабочих мест. И с дефицитом наличия самих работников. Поэтому у нас очень много из других областей работают, очень много из соседнего государства, из Украины. Хотя есть пара-тройка районов, в которых дефицит рабочих мест ещё есть. Ну, я думаю, и эту проблему решим.

 

Родовые поместья. Тут тоже есть движения. Я очень разделяю их убеждения, их лозунги разделяю. Я вообще за то, чтобы у нас в стране прошла «поместьезация» России, чтобы каждый жил в своём родовом месте. Мы закон на этот счёт приняли, и сейчас у нас три таких официальных существует родовых поместья. Это Устинка в Белгородском районе, в Шебекинском районе, по-моему, Гремячье и в Корочанском районе. Идут туда люди, осваиваются эти три площадки. И, кроме того, мы 250 га нашли земель в наших хуторах, которые прекратили существование своё ещё несколько десятков лет назад. Мы их сейчас оцифровали, межевание сделали и тоже по одному гектару разбили участки. И предлагаем, даже в Интернете это есть на сайтах нашей ипотечной корпорации. Все желающие, которые хотят жить в условиях родовой усадьбы, могут воспользоваться такой возможностью. Так что все наши программы живут. Одни развиваются успешно, другие, может быть, менее успешно, но все они находятся в таком динамичном развитии.

 

Дмитрий Орищенко, агентство «Абирег»: У меня два вопроса, если позволите. Первый. Вы сказали, что удалось улучшить структуру госдолга области, если можно уточнить, что удалось перекредитовать, на каких условиях, сколько стоило обслуживание государственного долга, сколько оно будет стоить и когда, по Вашим планам, достигнете безопасного уровня и каков он, на Ваш взгляд, этот безопасный уровень?

 

Евгений Савченко: Если сравнить нашу задолженность с задолженностью Греции, то я как-то подсчитал, нам нужно взять ещё полтора триллиона рублей. Вот наш ВВП составляет сегодня 700 млрд рублей, в Греции почти два ВВП долги составляют. При этом они считают, что у них безопасный уровень, они живут и радуются жизни.

 

Наш долг, если по отношению к ВВП, 40 млрд к 700 млрд – это на уровне 6-7% всего-навсего. Тем не менее, мы входим в топ-десятку регионов с наивысшей задолженностью. Какого-то переживания у нас особого нет, в текущем году улучшилась структура долга, мы заменили около 4 млрд рублей коммерческих долгов с процентной ставкой от 8 до 11% при помощи Правительства Российской Федерации бюджетными, которые по продолжительности до 2022 года, даже есть до 2015 года так называемые дорожные кредиты, но у них процентная ставка всего 0,1%, то есть они фактически бесплатные.

 

Мы 300 млн рублей за счёт этого только сэкономили средств на обслуживание. А всего мы тратим на обслуживание наших долгов где-то чуть больше 2 млрд рублей, во всяком случае, такая цифра заявлена на будущий год. Конечно, желательно, чтобы и их не было, но будем работать дальше, у нас по замещению ещё кое-какие кредиты коммерческие остались. Федеральное Правительство выделяет нам на будущий год тоже, по-моему, 260 млрд рублей, оставшиеся коммерческие кредиты мы заменим на бюджетные и таким образом выйдем из ситуации. Хотя большинство губернаторов, когда принимался год назад антикризисный план, тогда объединились и высказали такую позицию: «Вы, уважаемое Правительство Российской Федерации, выделяете 1 трлн рублей банкам на так называемое фондирование, то есть на их возможности по кредитованию экономики. Мы им подсказали вариант: вы эти деньги дайте регионам, а у регионов задолженность перед коммерческими банками примерно 1 трлн рублей тогда была, замещение сделайте, а мы вот эти деньги вернем этим же банкам, и по сути дела, вы одним решением убьёте двух зайцев, даже больше». Но, к сожалению, к нашем голосу не прислушались, сделали так, как сделали¸ отправили эти деньги напрямую банкам, на повышение где уставного капитала, где увеличение фондирования, теперь их получают субъекты нашей экономики под 15-17% годовых. Но они же и от нас ещё получают, может быть, меньше, я сказал 8-11%. То есть они оказались в более выгодном положении. Я полностью ответил на Ваш вопрос? Или что-то есть недосказанное?

 

Дмитрий Орищенко: Позвольте второй вопрос: куда-то из повестки дня делся вопрос альтернативной энергетики. Вы разочаровались в этом вопросе?

 

Евгений Савченко: Да нисколько мы не разочаровались, я только за. Дело в том, что в нашей стране есть такое «нефтяное проклятье», конечно, не проклятье, а благо большое, что мы имеем много нефти, много газа, и по мировым ценам его стоимость уменьшилась для наших потребителей в валюте ровно в два раза. Валютный курс подскочил в два раза, был, скажем, 200 долларов газ для наших потребителей, а сейчас он стоит 100 долларов, а в рублях та же самая цифра, даже на 10% больше. Альтернативная энергетика вот при таких дешёвых углеводородах не имеет никакой перспективы развития. Хотя Германия уже на будущий год выходит на 20% - в общей структуре производства электрической энергии 20% это альтернативная: ветровая, биогазовая и немножко солнечной там ещё присутствует.

 

У нас есть программа развития нашей биогазовой энергетики. Она составляет, если мы всё будем перерабатывать, что запланировали (это отходы животноводства, отходы сахарной промышленности, пищевой промышленности и даже отходы водоотведения, бытовые отходы), не менее 250 МВт. Мы можем развить эти дополнительные мощности – 250 МВт – а это всё потребление населения нашей области. А основной-то потребитель у нас – это промышленность, фактически мы бы могли это сделать. Да, там затраты с учётом капексов, стоимость электроэнергии значительно, в два раза больше, она достигает 6-7 и даже 8 рублей за киловатт-час. Её нужно, чтобы кто-то субсидировал. Но пока такого механизма субсидирования в стране, к сожалению, не выработано. В перспективе, я думаю, мы обязательно вернемся к этому вопросу.

 

За счёт федеральных средств мы выиграли один конкурс по установке станции солнечных батарей в Ровеньском районе, в районе Айдара. И проект есть, и мы его выиграли, и даже на «малом» Правительстве рассмотрели. Проект мощностью 2,5 МВт, но и он тоже забуксовал сейчас, видимо, в связи с общей ситуацией с бюджетным финансированием, потому что это чисто бюджетный проект.

 

Александр Матвеев, ИА «ТАСС»: Не так давно «Евроцемент груп» анонсировал проект по модернизации двух действующих производств для производства цемента сухим способом (экологически чистым). Но очень скоро Белгородский цемент заявил о том, что площадка будет закрыта. Какая официальная позиция властей и как все-таки Правительство области рассчитывает на сохранение производства цемента в регионе, потому что у нас один старейших заводов в стране был.

 

Евгений Савченко: Действительно, со стороны Евроцемента была принята программа модернизации двух заводов: Белгородского и Старооскольского. Но когда случилось то, что случилось, и когда фактически потребность цемента на внутреннем рынке не возросла, на что Евроцемент рассчитывал, а сократилась процентов на 20, естественно, они пересмотрели свою инвестиционную программу и твёрдо приняли решение модернизировать на сухой способ получения цемента только Старооскольский как более новый, более современный цементный завод. И к этой модернизации они фактически уже приступили, я думаю, что если не в 2016 году, то в 2017 году они её обязательно завершат полностью и выведут этот цементный завод даже на производство около 5 миллионов тонн в год.

 

Что касается Белгородского завода. Белгородский завод фактически оказался не на окраине, а в центре города Белгорода, и по нему тоже было очень много за последние годы сделано в плане оздоровления экологического состояния. И при всём при том, что жалобы наши ещё остаются к ним и претензии, но тем не менее, уже нет того покрова пыли и цементной крошки, которую всегда утром мы сметали с наших дорог и с автомобилей. Сейчас уже этого нет, но тем не менее, проблемы остаются. И, конечно же, когда мы стали выбирать, что надо модернизировать, а что, может быть, трансформировать в некую такую другую экономическую площадку, то, конечно же, Белгородский цемент постигла вот такая участь. Пока он не закрывается, пока он работает. Он ещё, наверное, будет работать в таком режиме, где будут не шесть печей, а меньше, и 2016 год. Да, там сегодня осталось не тысяча двести человек, а значительно меньше. Но тем не менее мы позаботились о том, чтобы все люди были трудоустроены. У нас открывается масса новых производств. А что касается самой площадки – её площадь около 40 гектаров – это площадка с колоссальными преимуществами для любого инвестора. Там есть вся инфраструктура. Там есть прекрасные транспортные подъезды, автомобильные, железнодорожные, там много свободных энергетических мощностей, газа достаточно. Планируется там развернуть такой частный технопарк, как это сделано, скажем, на площадке витаминного комбината, где сегодня создано рабочих мест даже больше, чем это было в бытность комбината «Белвитамины», и продукции производится больше. Я уверен, что здесь эту площадку белгородского цементного завода ждёт та же участь. Это будет мощный промышленный парк, но уже с экологически чистой продукцией. Там, возможно, даже и логистические центры какие-то будут размещены, потому что очень уникальная в этом плане площадка. Такие сейчас проекты уже разрабатываются. Я думаю, скоро будет объявлен конкурс на привлечение резидентов в новый промышленный парк.

 

Я считаю, что будущее большое за промышленными парками. Как пример – ситуация на промпарке «Северный», который развивается при помощи бюджетных пока что средств, федеральных, за что мы благодарны очень Правительству Российской Федерации, и наши средства там участвуют, средства поставщиков наших ресурсов – энергетиков, газа. И мы видим, что очень успешный проект. Но будущее, я считаю, за частными проектами, за частными технопарками. В качестве примера я могу вам привести технопарк на базе Волоконовского завода. На этой великолепной площадке в несколько десятков гектаров сейчас уже ряд производств, в том числе светодиодные лампы – великолепный проект, «Билайт» предприятие. Сейчас туда уже перенесли предприятие из Подмосковья, потому что здесь условия лучше по производству различных канцелярских принадлежностей. И многие-многие другие предприятия стоят в очереди, чтобы стать резидентом в Волоконовке. На этой площадке, я уверен, будет работать в несколько раз больше людей, но это будет инновационная площадка, это будут инновационные рабочие места. Хорошие доходы будет приносить в бюджет Волоконовского района и консолидированный бюджет нашей области. И таких частных технопарков у нас будут десятки по нашей области.

 

Евгения Юрина, ТРК «Приосколье»: Евгений Степанович, Вы о Белгородской агломерации рассказали. Какие перспективы в наступающем году Вы видите в развитии Старооскольской и Губкинской агломерации?

 

Евгений Савченко: У Староосколькой агломерации несколько с отставанием развитие шло всё время. Нам не удавалось её как-то раскачать. Раскачать, я имею в виду прежде всего интерес к индивидуальному жилищному строительству и к индивидуальному образу жизни у старооскольцев. Но последние два-три года там происходят очень хорошие позитивные изменения. Старооскольцы наконец-то почувствовали вкус к загородной жизни. Мы активно начали там, даже лучше, чем в Белгородской агломерации, строить инфраструктуру и прежде всего дороги. Вот «Металлоинвест», я уже сказал, пожертвовал нам миллиард рублей, из этого миллиарда рублей приблизительно миллионов двести с небольшим вложились в то, чтобы подвести дороги даже до перспективных массивов индивидуальной жилищной постройки. С точки зрения обеспечения газом, электроэнергией, водой, водоотведением там проблем нет. Мы планируем там и строительство социальных инфраструктурных объектов, я имею в виду детских садов, школ начальных.

 

Поэтому Старооскольская агломерация будет развиваться, рано или поздно они соединятся с Губкинской, которая ещё более слабо развивается. Хотя это не самое лучшее в экологическом плане направление. В экологическом смысле это туда – северо-восток, к Котово, Лапыгино, вот это направление очень хорошее и перспективное. Там мы планируем реализовать один из уникальнейших проектов. Я намедни встречался с одной московской интересной группой инвестиционной, которая планирует там развернуть строительство не одного десятка гектаров теплиц, в районе Котово. Там одновременно будут создаваться и рабочие места, поэтому перспективы я вижу очень и очень неплохие у развития Старооскольской агломерации. Компания «Металлоинвест» подтверждает планы – вложиться в город, в городскую инфраструктуру, в обустройство прежде всего дворовых территорий, тоже не менее одного миллиарда рублей. И я уверен, что после этого город Старый Оскол по уровню благоустройства ничем не будет уступать славному городу Губкину.

 

Виктор Солодилов, «Губкинский телерадиокомитет»: Евгений Степанович, в Губкине завершена программа переселения из аварийного и ветхого жилья. Сотни семей благодарят за такое комфортное жильё. Будет ли развиваться или продолжаться эта программа в предстоящем году?

Евгений Савченко: Вы сказали, что она завершена.

 

Виктор Солодилов: У нас ещё около ста домов подлежит сносу. А программа, которая с 13-го года, в 14-15 годах развивалась неплохо.

Евгений Савченко: Я с Вами абсолютно согласен, с постановкой вопроса. Но нужно определиться в терминах или, точнее, в терминологии. Программа, которая поддерживалась из федерального и областного бюджетов и немножко из муниципального, касалась только того жилья, которое официально признано аварийным. И вот она завершена. Но в нашей области, в том числе в Губкине, есть ещё очень много жилья, которое официально не признано аварийным и, таким образом, не подлежит сносу в соответствии с федеральным законодательством, но которое, в общем-то или близко к тому, чтобы его признавать аварийным, или там просто не очень комфортные условия проживания для людей. И, конечно же, велико желание у Кретова Анатолия Алексеевича и у нас тоже найти способы переселения и из данного жилья. Его у нас ещё значительно. Я не буду здесь озвучивать цифры, но сейчас мы его ещё подсчитываем, досчитываем. Это тоже десятки тысяч, если не сотни метров квадратных.

 

Мы будем ходатайствовать, чтобы федеральная программа была продолжена. Это очень и очень хорошая программа. Вы видите, как за счёт этой программы у нас тысячи семей улучшили своё жилье, условия пребывания, хотя никакой иной перспективы у них не было фактически. Это первое, над чем мы сейчас работаем с федеральным центром, и я думаю, что, в конце концов, положительное решение там будет. Может быть, не в таких объёмах как это было раньше, но оно будет продолжено. Будем изыскивать и наши возможности на региональном уровне тоже для того, чтобы эту программу решать. Будем обращаться к работодателям крупным, в том числе таким, как Лебединский ГОК, который тоже какую-то часть своих средств мог бы выделять на эти цели. И вот так в складчину: муниципальный бюджет, федеральный, региональный, возможности работодателей – мы эту программу будем продолжать.

 

Анна Скрипка, «Российская газета»: Евгений Степанович, несколько лет подряд в регионе продолжается программа биологизации земледелия – я предлагаю вернуться к аграрной теме – но если белгородские сельхозпроизводители инвестируют в это, вкладывают в биологизацию, в органическое земледелие, то их коллеги в других регионах не спешат этим заниматься. И хотелось бы спросить: если какой-то эффект уже от этих мероприятий и можно ли его посчитать в рублях?

 

Евгений Савченко: Давайте займёмся этим вопросом. У Вас время есть? Когда я выступал на вручении премий имени Василия Яковлевича Горина, и мы подводили, по сути дела, итоги прошедшего года в аграрном секторе, я назвал три составляющих нашего успеха. Первое – это хорошее управление, замечательный труд, хорошие технологии наших инвесторов. Второе – это инвестиции, государственная поддержка. Третья – биологизация. Но третье я бы поставил на первое место. То, что мы получили такой урожай зерновых, а он значительно лучше, чем в других регионах, соседних регионах, где почвенно-климатические условия лучше наших, случилось за счёт биологизации земледелия. Её вклад, я считаю, не менее 5 ц/га, т.е. полтонны. Грубо говоря, миллион гектаров, где у нас во всей полноте применяется биологизация, это 500 тысяч тонн зерна. Можно и в рубли легко перевести: это 5 млрд рублей. Вот эффект от биологизации земледелия, который получают. А если это зерно ещё проходит через желудочно-кишечный тракт наших животных, то там оно удваивается, так сказать, добавленная стоимость его возрастает как минимум в два раза. Ну а самое главное – это почвы наши, которые всё время деградировали, их деградация остановилась. Почва – главный наш цивилизационный ресурс – стала возрождаться. Наша задача, чтобы вынос сухого вещества с урожаем был меньше, чем вносим мы туда какими-то агротехническими приёмами. Это и посевы сидеральных культур, и органические удобрения, корневые остатки, это посев бобовых культур с нитрагином (семена обрабатываем, чтобы там был микробиологический синтез азотных удобрений) и т.д. То есть программа заработала, эффект её вот такой.

 

Андрей Маслов, Fonar.tv: Евгений Степанович, вопрос о планах на будущее. Какие-то глобальные векторы, может быть, Вы определи до 2017 года, до завершения этого губернаторского срока? И, собственно, какие планы на будущее после 17-го года?

 

Евгений Савченко: Вы знаете, что наши планы не связаны со сроками – они не дискретными являются. Наши планы носят непрерывный характер, а не какой-то дискретный.

 

«Ах вот, раз срок закончился, мы свернули все планы, потом выборы прошли – давайте думать, что нам делать ещё на предстоящий срок полномочий», - это абсолютно неправильный подход, я его никогда не исповедовал. Я всегда исповедовал непрерывность. Буду я работать или кто-то другой, но такой эволюционный, непрерывный подход в развитии нашего региона, его стратегическая заданность и в экономическом развитии, и в социальном развитии должна сохраниться.

 

Я считаю, что на сегодня система стратегического развития региона есть, она создана. У нас есть понимание развития социальной сферы, инфраструктурной сферы нашей области, то есть её инфраструктурного состояния опережающего. Есть абсолютное понимание, как развивать нашу экономику дальше, за счёт каких проектов в сельском хозяйстве, промышленности, по импортозамещению. Есть понимание, как улучшать наше духовно-нравственное состояние – за счёт построения солидарного общества. Тоже чёткая, понятная дорожная карта есть. Есть понимание, как стабилизировать и улучшить нашу систему безопасности, с федеральными органами у нас это выстроено, и вся система работает. По поддержке предпринимательского сообщества… Можно перечислять здесь и дальше программы по каждому направлению. Но они же все на слуху, в Интернете всё есть. Открывайте сайт любого департамента – и Вы всё увидите, услышите.

 

Александр Пыж, Belive.ru: Вы много говорили про Интернет, про социальные сети в том числе. И отрадно отметить, что в этом году Правительство Белгородской области вышло в социальные сети: появились аккаунты и в «Твиттере», и в «Инстаграме», и в сети «ВКонтакте». Наш проект развился изначально в социальных сетях и уже потом обрёл статус официального СМИ. Мы особое внимание уделяем как раз обратной связи с нашими читателями в социальных сетях, потому что это тысячи «лайков», сотни комментариев к нашим новостям. Зачастую наши читатели становятся соавторами. В этом смысле хотелось бы сказать, что мы запустили проект «Открытый депутат», когда мы брали интервью у народных избранников, в котором они говорили в первую очередь о своей открытости, о себе как о людях. Вот я, допустим, 1 декабря, но уже как депутат Горсовета, провёл в формате «чёрного списка» на нашей площадке (там 42 тысячи подписчиков) онлайн эфир, получили 178 комментариев, большое количество отзывов. Люди в завершение нашего общения сказали: «Нам очень понравилось. Мы бы хотели, чтобы и чиновники к нам так же пришли в сеть». Родился проект под рабочим названием «Открытый чиновник». Как Вы считаете, пойдут ли чиновники на контакт, готовы ли Вы поддержать этот проект? Спасибо.

 

Евгений Савченко: Во-первых, я вчера твой репортаж читал относительно пребывания в доме милосердия, за что тебе большое спасибо. Думаю, мы там немедленно будем меры принимать, хотя несколько раз уже брались за эту площадку, наводили порядок там и помогали. К сожалению, контингент там именно такой, что всё быстро как-то приходит в исходное состояние. Я предполагаю, что там будет реализован в ближайшее время несколько иной подход. От этого контингента мы, к сожалению, не уйдем и поэтому должны и для этой категории людей предоставлять нормальные человеческие условия хотя бы с минимальным уровнем комфорта и вниманием. Хотя внимание как таковое есть. Это первое, что хотелось бы сказать.

 

Второе – по открытости чиновников. Я не вижу, что у нас все чиновники в каких-то футлярах, надели раз и навсегда и не хотят «расфутляриться». Наверное, здесь движение должно быть двухстороннее: к нашим чиновникам должно очень активно проявлять интерес и интернет-сообщество, и журналисты, готовить интересные вопросы, готовиться к встрече. А чиновники готовы. Я очень благодарен, что у нас этот проект пошёл с нашими депутатами. Я смотрел и наблюдал, как это было на «Мире Белогорья», как в онлайн-пространстве это происходит. Поэтому давайте реализуем инициативу как отдельный проект, представим в формате проекта. Я считаю, чем больше мы общаемся друг с другом, тем пользы больше для общего дела.

 

Вообще я считаю, что за интернетизацией нашей общественной жизни, нашей экономики большое будущее. Интернет – это не отрасль экономики, как его кто-то хочет представить. Интернет – это отрасль, которая улучшает всё окружающее, делает эффективным. Да, там очень много всяких недостатков, но мы и не должны обращать внимания на недостатки. Мы должны видеть тот позитив, который несёт сегодня Интернет.

 

Сегодня мы видим, что революция происходит вообще во взаимоотношениях власти и общества за счёт Интернета, за счёт электронных услуг. К этому не все готовы. Но с какой это динамикой происходит! Просто идёт смена парадигмы взаимоотношения. Поэтому я всячески буду поддерживать то, чтобы у нас появлялись новые сервисы. Желательно, чтобы эти сервисы были белгородского происхождения, чтобы они нашими программистами разрабатывались. Я хочу собрать всех, кто занимается у нас этим, и просто поговорить: а что нужно ещё сделать. Это то, что даёт работу десяткам, сотням, тысячам фрилансеров, людям, которые просто имеют компьютеры, оно же рабочее место, причём эффективное. И всё больше и больше профессий появляется таких. Это революция, которая происходит. И мы должны всё делать, чтобы весь позитив по максимуму использовать. А то, что работа начинается с открытости чиновников, я готов немедленно вместе с вами реализовать в формате проекта.

 

Сергей Еремин, газета «Белгородская правда»: В связи с грядущим новым годом. Это будет и год выборов в Государственную Думу. В продолжение темы, которую коллега Пыж затронул. Вы часто очень встречаетесь с людьми, даже, пожалуй, чаще, чем мы, журналисты. Общаетесь с руководителями, специалистами, рядовыми. Скажите, пожалуйста, если судить по настроению земляков, какой они в большинстве своём хотели бы видеть Белгородчину, Россию? Какой у основной массы образ будущего? И какие, Евгений Степанович, по Вашему ощущению, у белгородцев преобладают политические предпочтения: либеральные, социал-демократические, монархические, консервативные или какие-либо другие? Спасибо.

 

Евгений Савченко: Люди всегда хотят чего? Справедливости. И чем её больше исходит от власти, власть предержащих, которые демонстрируют это и личным примером, тем стабильнее общество, тем оно солидарнее. И это то, что сплачивает общество. А второе, что сплачивает общество, – это наличие угроз – внутренних, внешних, но это сплачивает на какой-то отрезок не такой уж большой, может, год, может, два, в зависимости от того, какая внешняя угроза существует. Но это всё равно рано или поздно заканчивается, потому что угроза не может быть вечной.

 

А вот справедливость – это то, что вечное. И чем больше будет справедливости, тем более устойчивое общество.

 

И вот в этой связи мне всегда нравятся жизненные формулы, которые сказаны нашими великими людьми. Одна из них – это слова Николая Фёдорова, нашего великого космиста, философа, который сказал: «Жить надо не для себя, не для других, а со всеми и для всех». Вот она формула русской жизни. Ещё мне нравятся слова, которые сказал святой Митрофан Воронежский: «Употребляй труд, храни умеренность – богат будешь. Воздержанно пей, мало ешь – здрав будешь. Твори благо, избегай зла – спасен будешь». Хорошая формула. Вот если бы как можно больше людей жили по этим формулам, независимо от их достатка, независимо от их заработков, тогда у нас было бы нормальное справедливое общество. И если бы больше политических партий исповедовали вот эти формулы жизни, было бы лучше для нас. Этого ждёт и Белгородчина, и белгородцы.

 

Ярослав Макаров, газета «Белгородские известия»: Евгений Степанович, по Вашему личному мнению, по Вашей личной оценке, какое событие можно назвать событием года для Белгородской области? Кто или что встряхнул в хорошем смысле этого слова область, удивил, обрадовал? Спасибо.

 

Евгений Савченко: Первое и главное событие, которое мы пережили в уходящем году, это, конечно, празднование Юбилея Победы, 70-летие Победы. Вы знаете, что оно прошло на каком-то особом эмоциональном уровне в стране, в нашей области. Торжественно, я бы сказал. Это был некий триумф ощущения Победы в наше время, по истечении 70 лет. И мы всё сделали для того, чтобы в нашей области это произошло на достойном уровне. И не только в майские праздничные дни, но и в целом, чтобы улучшить настроение нашим ветеранам, старшему поколению.

 

Вы знаете, что фактически около 3 тысяч улучшили свои жилищные условия по федеральной программе, кто не подходил под эту программу, нам удалось капитально отремонтировать или провести текущий ремонт многим людям старшего поколения. Вы знаете, что мы один из немногих, если не единственный регион, где принят закон о детях войны – мы сегодня не ограничиваемся только участниками Великой Отечественной войны, которых, к сожалению, становится всё меньше и меньше. У нас огромная численность детей войны, и мы более 300 млн рублей закладываем ежегодно в бюджет на их поддержку. Вот это, я считаю, главное событие.

 

Кроме того, у нас было очень много интересных, ярких событий в различных сферах нашей жизни. Мы сдали хорошие производственные объекты, тот же лизин – это же проект национального масштаба. Запустили цех по производству труб для атомной промышленности, для энергетики. Запустили много других проектов. Введены в эксплуатацию спортивные объекты. У нас спортивные достижения – наши боксёры стали чемпионами России. Этого не было ни в советской истории, ни в современной российской. Наши два белгородца стали чемпионами мира. Разве это не событие? Это событие. Наш учитель из Ивнянского района совсем недавно вошёл в топ-пятьдесят лучших учителей мира и, возможно, он войдёт в десятку. Это событие, которое должно радовать нас всех. Именно такие события меняют нашу жизнь к лучшему. События такого масштаба вокруг себя создают энергетическое поле, в которое втягиваются уже многие другие люди и хотят повторить это, хотят быть такими же. Это очень важно.

 

Или сотрудник МЧС спас, рискуя своей жизнью, девочку. И, кстати, наше подразделение МЧС по Белгородской области вообще стало первым в ЦФО. Пока по России нет данных, но я думаю, что они первые и в России будут, хотя всё время мы плелись вот где-то там, ну не самые последние, а где-то были внизу. А сейчас первые. Это тоже событие, и оно произошло благодаря эффективному управлению этой чрезвычайно важной, так сказать, ну не отрасли, а чрезвычайно важным направлением нашей жизни – обеспечением безопасности жителей Белгородской области. Значит, мы уже защищены. Это тоже событие.

 

И вот таких событий, которые улучшают нашу жизнь, меняют её к лучшему, очень много. И мы приняли правильное решение, и депутаты поддержали – проходит год, все эти события документируются, фиксируются (вы же главные фиксаторы и документальщики этих событий), проводится некий такой конкурс: важнейшие события года, которые меняют Белгородчину к лучшему, и издаётся книга с описанием всех этих событий, с описанием наших героев. И это то, что останется для последующих поколений. Это важно для тех, кто был участником.

 

Вот этих событий должно быть как можно больше в наступающем году. А мы для этого приложим все усилия, чтобы эти позитивные изменения у нас не затухали, не уменьшались, не сокращались, а только расширялись и увеличивались в объёме, в охвате, и всё больше и больше белгородцев были участниками этих замечательных позитивных событий в будущем году.

 

Анастасия Саенко, «Интерфакс»: Евгений Степанович, Вы уже упомянули 2017 год. Вы уже как-то думали о том, чтобы продлить срок своих полномочий? К какому выводу пришли?

 

Евгений Савченко: Конечно, задумываюсь. В 2017 году мне будет 67 лет. Много это или мало? С учётом того, что я работаю долго, надо думать ещё, окончательное решение не принято. Но, с другой стороны, средний возраст губернаторов США знаете, какой? Ровно 67 лет. Так что и на это нужно смотреть, и этот фактор нужно учитывать. С другой стороны, я вижу у нас очень много людей, которые спокойно могут работать, эффективно работать. Я их на досуге перебирал, насчитал с десяток таких людей, даже чуть-чуть больше, из них одна треть – женщины, кстати. Но это мои предположения, а как избиратели, я не знаю. Люди достойные есть, люди, которые могут быть избраны и успешно работать на губернаторской должности. Ближайшее время, оно покажет. И такие решения принимаются не за 2-3 года, и даже не за год, а где-то за полгода, может быть, даже меньше. Вот тогда эти решения будут приниматься, и здесь будет учитываться масса факторов, как субъективных, так и объективных. Мы с вами обязательно посоветуемся и вернёмся к этому разговору максимум через год.

 

Евгения Гребеник, «Комсомольская правда»: Евгений Степанович, есть ли шанс, что у нас в городе когда-нибудь всё-таки появится полноценный пансионат для бездомных животных? Эта проблема, не секрет, есть и у нас в регионе. Мы у себя на сайте придумали такую акцию, инициативная группа занимается – рекламируем тех самых бездомных собак и пытаемся найти им хозяев. Так вот мы получили такой двойной эффект – некоторые животные уже обрели хозяев, но в то же время стали звонить чаще другие люди и спрашивать – а куда можно отдать своего питомца. Поэтому необходимость в таком учреждении есть, и довольно давно.

 

Евгений Савченко: Мне кажется, что эта тема становится актуальней и актуальней, и к ней нужно подходить системно. У нас должна, в первую очередь, вырабатываться культура содержания братьев наших меньших. Вот нет этой культуры у нас: кое-кто берёт, а потом отказывается, по сути дела, выбрасывает. Это кощунство по отношению к животным. Становится очень много бездомных, потом начинается проблема для властей – что с ними делать? Тут идут по пути кастрации и других манипуляций, чтобы они не размножались, лишь бы не убивать.

 

Ещё один путь – создавать приюты. Я думаю, нужно пройти по всему этому спектру, надо к этой проблеме подходить системно. Я такие поручения давал. Думаю, что в ближайшее время мы это рассмотрим. Чтобы и культура взаимоотношений человека и домашних животных была, это главный вопрос, а потом уже решать, что делать с бездомными животными, сколько должно быть питомников, за счёт чего их содержать, как это делать. Я благодарен за то, что вы эти темы поднимаете. Такая система, наверное, в будущем году будет создана. Естественно, у нас нет больших средств, чтобы содержать приюты для бездомных животных, здесь должно быть участие каких-то сердобольных граждан, которые могут оказывать посильную помощь, возможно, фонд какой-то должен быть создан. Но, к сожалению, у нас ведь есть и люди с обратной точкой зрения. Вот наш один землячок – что он сделал на острове Врангеля? Это же нужно было такое сделать! Но есть и такие люди в нашем сообществе.

 

Александр Матвеев, ИА «ТАСС»: Евгений Степанович, буквально вот только что стало известно, по лентам посмотрел, и Белгород сразу отобразился, в Тюмени заявлено о том, что в России будет построен второй завод по производству лизина, 30 тысяч тонн. Какие наши дальнейшие планы в этом отношении, и не думаем ли мы о производстве дополнительных аминокислот, ещё двух незаменимых, которые также важны для нашего сельского хозяйства?

 

Евгений Савченко: А какие у нас ещё незаменимые?

 

Александр Матвеев: Не подскажу точно, но помню, что Вы называли ещё две.

 

Евгений Савченко: Лейцин и треонин, есть еще триптофан. Я сам интересовался, что собираются делать тюменцы, даже хотел пересечься с Губернатором Тюмени. Я знаю, что такие проекты заявляются, а потом куда-то исчезают вместе с заявителями. В Ростове, года за три, за четыре до того, как мы здесь начали разговоры о производстве лизина, о создании мощности по производству лизина, ростовчане уже говорили. Мы даже думали: зачем нам делать, если ростовчане уже начали и так далее и так далее. Мы ввели, а ростовчане всё ещё на той точке находятся, которая была у них и несколько лет назад.

 

Я радуюсь, если там будет что-то создано, но не исключаю, что то же самое будет в Тюмени. Хотя рынок лизина ещё есть. Наша потребность сегодня 100 тысяч тонн. Я думаю, что через несколько лет она будет 150 тысяч тонн. То есть надо ещё как минимум в три раза больше мощностей создавать. И я буду очень рад, если в центре, по сути дела, России, в Тюмени будет создана такая мощность. Тем более район Тюмени очень инвестиционно привлекательный, очень интересный район и динамично развивается и, как говорится, дай Бог. Это вот что касается лизина.

 

А какие наши планы? Я не исключаю, что мы ещё, может быть, дополнительную мощность по лизину будем развивать. У меня состоялся разговор с Бобрицким Геннадием Алексеевичем по дальнейшему развитию биотехнологического производства, в частности, незаменимых кислот. Что касается лейцина, то его производство в Волгоградской области с советских времён где-то ещё осталось. Оно есть, и я думаю, что нет смысла создавать что-то параллельное, поскольку там, наверное, думают о том, как расширять в соответствии с потребностями нашего рынка. А что касается треонина, то его потребность порядка 20 тысяч тонн на всю страну – это тоже незаменимая аминокислота, которую мы сегодня импортируем. Сейчас прорабатывается в Шебекино план заняться этим производством. Я думаю, что в течение 2 лет его можно спокойно реализовать. Но, кроме чисто незаменимых аминокислот, сегодня у нас в наработках, в кейсах очень большой пакет биотехнологических проектов. Это и пробиотики, вплоть до биопестицидов, биогербицидов. Сегодня мир отказывается от препаратов химического синтеза, идёт по пути микробиологического синтеза. А микробиология – это то, что делается живыми организмами, микробами. Потенциал микробов у нас используется в мире, по некоторым данным (я такой литературой иногда интересуюсь), где-то на полпроцента. Вот представляете, 99 процентов – это ещё впереди. Это безграничные возможности перед человечеством. И если будет какая-то революция технологическая, то, я уверен, что это будет биотехнологическая революция. Мы должны использовать потенциал этих микробов, которых нам дал Господь и которых мы ещё не научились использовать до конца. А там и альтернативная энергетика, расширение её. То есть вот эта биотехнология – это фермы по содержанию различных микроорганизмов, которых не видим мы глазами, но которые делать будут очень много полезной работы для будущего развития человечества и его прогресса. Оптимистично? Можно завершать или ещё?

Спасибо вам большое! Хочу пожелать вам, чтобы вы интерес проявляли всегда к жизни области, живой интерес. Потому что от вашего интереса, от того как вы ставите вопросы, какие вопросы вы задаёте, какие недостатки вскрываете, очень и очень многое зависит. Вы – реальная власть, которая тоже должна улучшать наше пространство во всех его смыслах. И самое главное – это способствовать построению солидарной Белгородчины, сплочённой Белгородчины, умиротворённой Белгородчины, спокойной Белгородчины, созидающей Белгородчины. Поздравляю вас с Новым годом, самые добрые вам пожелания.

 

Источник - сайт Губернатор и правительство Белгородскогй области

Прочитано 634 раз